Изнасилование

Прежде чем перейти к техническим советам о том, как бороться с насильником, познакомимся с одной рекомендацией на этот счёт из XIX века. Бытовой этикет России предписывал молодой даме ни под каким предлогом не оставаться наедине с молодым человеком. Беседа может проходить только в присутствии свидётеля. Если к даме пришел ещё один гость, то нянька или приживалка могут оставить их, однако впоследствии мужчины должны уйти вместе.

Не трудно заметить, что суть этой рекомендации совпадаёт с важнейшим правилом безопасного поведения: предвидёть и избегать ситуацию повышенного риска. О том, что главная угроза изнасилования исходит не от озверевшего маньяка, а из-за нарушений этикета, достаточно говорят данные милицейской статистики. Около 70% потерпевших были знакомы с преступниками, причём 22% познакомились с ними в день совершения преступления.

В России в 1995 году было зарегистрировано менее 14 тысяч изнасилований (в 1994 — 14 400). Однако о реальном количестве преступлений можно судить по таким цифрам: в 1993 году из 785 изнасилованных, обратившихся в Санкт-Петербургский центр помощи пострадавшим от сексуального насилия, в милицию заявили только 37 — меньше 4,5% (а сколько даже не позвонило?). Совсем редко обращаются за помощью в случаях так называемого „дружеского“ изнасилования или семейного, считая это житейским недоразумением.

Впрочем, в большинстве случаев криминальных изнасилований жертвы вели себя неосмотрительно. Например, распивали с будущим насильником спиртное, соглашались сесть в машину, без принуждения отправлялись в безлюдное место или в незнакомую квартиру. Кстати, в парках, садах и скверах совершается около 25% изнасилований, а в квартирах — 35%. Родителям надо знать, что девушки 14—17 лет вдвое чаше становятся жертвами своих знакомых, чем 18—23 лет.

Виктимология — наука о поведении жертвы — отмечает удивительную недальновидность женщин в подобных ситуациях. Они совершенно не пытаются посмотреть на происходящее глазами мужчины, с которым идут в кафе или романтически тёмный парк, мужчины, которому позволяют поцелуи и объятья.

В огромном количестве случаев одно только согласие девушки пойти в ресторан (естественно, она позволяет заплатить за себя) расценивается мужчинами как несомненный знак того, что женщина понимает, к чему идёт дело, и не имеет ничего против. Последующее сопротивление (если оно происходит) воспринимается как ритуальная игра („чтобы ей не было стыдно“). Особенно характерны разные взгляды на ситуацию, когда мужчина и женщина принадлежат к разным нациям, культурам.

Также главная защита женщины на дружеских вечеринках, визитах в гости — „выпить кофе“, „посмотреть видео“, „на день рождения“ — это умение предвидёть развитие событий. Хотя бы на пять-десять минут. Например, в такой ситуации, когда девушку приглашают в квартиру „познакомиться с мамой“, а она слышит там музыку и видит мужчин, она должна просто вылететь за дверь. И не надо стесняться своей осторожности. Любое недоразумение нормальные люди поймут и простят.

Женщине в таких случаях стоит больше доверять своей интуиции. Если возникает неуютное чувство, не надо стесняться своей осторожности. Необходимо уйти или твердо заявить о своем отношении к ситуации, вообще сказать решительное и — очень важно! — однозначное „нет“. Пожалуй, главным принципом защиты от „дружеского“ изнасилования можно назвать недвусмысленное поведение. С самого начала женщина должна ясно обозначить границы возможных взаимоотношений.

Если давление продолжается, не надо бояться шума или скандала, например, на вечеринке — несколько минут публичного смущения лучше риска изнасилования. А вообще, в большую компанию безопасно идти лишь с надёжными друзьями, не терять друг друга из вида и вместе уходить.

Вопреки устоявшемуся мнению, в очень немногих случаях (лишь 7% изнасилований) нападение происходит на улице. Однако и к этому женщина должна быть готовой. Вот несколько рекомендаций на этот счёт из памятки американской общественной организации „Женщины в борьбе с угрозой изнасилования“:

выбирайте безопасный путь; парк, стадион, стройку, заборы промышленного предприятия, темные аллеи и дворы нельзя проходить в одиночестве;
всегда носите с собой средство индивидуальной защиты (баллончик, электрозащита и т.д.), однако следует помнить об опасности успокоенности — опыт показывает, что многие слишком надеются на свою защиту;
если у вас длинные волосы, зачесывайте их назад, так как висящие по щекам волосы легко схватить и намотать на руку;
бегство не всегда следует считать лучшим выходом из положения, бежать следует лишь при условии, что вы уверены в успехе, иначе в насильнике может лишь подогреться инстинкт охотника;
оставаясь спокойной и собранной, вы можете сделать попытку оказать психологический нажим на насильника; можно ли растрогать его слезами? Не присмиреет ли он, если вы будете действовать решительно и уверенно?
сможет ли он поверить, что в этом месте вы ждете приятеля или мужа? Не позвать ли вам командным голосом собаку, с которой вы якобы гуляете? Вы можете также сыграть в сумасшествие, симулировать обморок или сказать ему, что у вас опасная болезнь;
не удастся ли вызвать у него чувство брезгливости? Перекошенное уродливое лицо (симулируйте нервный тик), искусственно вызванная рвота (на себя) и т.д.— такие методы спасли немало женщин, они могут спасти и вас.

„Некоторые приёмы могут показаться отвратительными. Согласны, что они должны вызвать особое отвращение у женщин, которые призваны создавать жизнь, дарить тепло близким, доставлять радость. Но запомните: на вас напали без малейшего повода с вашей стороны. Не вы первой начали схватку, и если кто-то желает сослать вам зло, вы должны принять все необходимые меры для самозащиты…“

К этим словам американских женщин надо добавить, что по статистике российской милиции активное физическое сопротивление в каждом пятом случае помогает избежать изнасилования.

А если насилие всё же случилось, перед женщиной встаёт непростой вопрос — заявлять ли в милицию. Сразу можно сказать, что это потребует немало мужества — следы насилия нельзя смывать (хотя первым и естественным желанием является не только смыть грязь — содрать с себя кожу) и процедуры в милиции и у врачей предстоят непростые. Чтобы легче было принять правильное решение, следует сразу же обратиться за помощью по специальному телефону доверия.

А в заключение стоит запомнить, что короткая юбка, облегающая кофточка, яркая косметика и вызывающее поведение — самый верный способ вызвать к себе интерес преступника. Это почти так же беспроигрышно, как подсесть за чужой столик в ресторане. Именно об этом я хочу напомнить одной пословицей с кавказским акцентом.
„Кто дэвушку ужинает, тот её и танцует!“

Анатолий Гостюшин

Статья из газеты "Комок"
"Меня изнасиловал один знакомый подонок…"

В прошлом номере группа читательниц спрашивала майора Быкова — что нужно делать, чтобы тебя не изнасиловали? Очень правильная постановка вопроса. Потому что, когда тебя уже насилуют, делать что-либо поздно. Как говорят американцы, в этом случае остаётся только расслабиться и получать удовольствие…

Но, к сожалению, многие так называемые пособия „по выживанию“ дают рекомендации — что нужно делать, когда насильник уже стягивает с тебя колготки. Но не сразу же он начал их стягивать! Перед этим ведь что-то было? Знакомство, например. Да-да, не удивляйтесь. Статистика свидетельствует, что только семь (!) процентов изнасилований совершается на улицах незнакомыми мужчинами. Так сказать, озверевшими маньяками, которые нападают на женщин в тёмных переулках, приставляя к горлу нож. (Маньяков — единицы, изнасилованных ими — десятки, изнасилований же — тысячи. Так что нож к горлу под мостом — это скорей из области кинематографии.) В подавляющем числе случаев жертва была с насильником знакома, причём в 22 процентах случаев знакомство состоялось в день преступления.

Несколько лет автор этих строк вёл в газетах колонку криминальной хроники. Основываясь на реальных случаях из уголовной практики, попробуем обозначить некоторые разновидности изнасилования.

Изнасилование на „деньрожденьи“

(Именно так пишут это слово малолетние респондентки майора Быкова.)

Жертвами его становятся, как правило, 14-16-летние дурочки, принимающие приглашение на вечеринку в малознакомой компании исключительно потому, что там будет мальчик, которого они, как им кажется, смертельно „любят“. (Какая к чёрту любовь в 14 лет! Впрочем, он, как правило, на пару лет старше, и, чаще всего, уже имеет сексуальный опыт.)

Здесь уж о „технике безопасности“ нужно говорить не столько с возможной жертвой, сколько с родителями — и жертвы, и насильника. Но родители уезжают на дачу, предоставив квартиру своим чадам и их друзьям. Или детей отправляют на дачу. Пусть, мол, веселятся, взрослые уже, а мы не будем им мешать. И „детки“ оттягиваются. По два фужера шампанского и по рюмке водки — этого достаточно, чтобы невинное „пионерское чаепитие“ приобрело черты разнузданной сатурналии. „Любимый мальчик“, который как раз не испытывает к девочке глубоких чувств, а просто по-животному хочет трахаться, заманивает её в родительскую спальню под предлогом „поцеловаться“ и закрывает дверь на шпингалет. Сначала и вправду целует, а потом начинает стягивать трусы. Она, может быть, и согласна ему дать, но не сейчас, не здесь и не так. Девочка сначала хочет цветов, вздохов на скамейке, пылких признаний — она ведь из хорошей семьи. Но поскольку она его „любит“, сопротивляется вяло и громко не кричит — во-первых стыдно, во-вторых, надеется, что всё обойдётся. Да если б и кричала, всё равно никто не услышит — магнитофон в соседней комнате орёт на полную катушку, а все гости уже пьяные. „Мальчик“ торопится, часто дышит, зажимает ей рот рукой, обещает, что всё будет хорошо. Девочка плачет и шепчет: „Не надо, ну прошу тебя, не надо…“ Всё происходит быстро и без удовольствия. Она смята, раздавлена, ей больно, простыня в крови. Возможный вариант: вслед за „мальчиком“ её насилуют трое его дружков. А бывает, что первым насилует вовсе и не „любимый мальчик“, а кто-то посторонний. Девочка ушла с ним в спальню „в отместку“, потому что „любимый“ уже целуется на кухне с другой.

Как правило, о таких изнасилованиях девочки в милицию не заявляют. Только пишут потом майору Быкову: „Меня изнасиловал один подонок“. Глубокая душевная рана не заживает всю жизнь. Милиции о таких случаях становится известно благодаря мамам пострадавших: заметив в поведении дочери что-то неладное, те начинают их „колоть“: а ну, рассказывай! И дочери „колются“. Иногда родители договариваются и без милиции: семья насильника платит деньги семье потерпевшей.

Мораль: мамы и папы! Думайте головой, а не задним местом, когда отпускаете своих дочерей хрен знает к кому на „деньрожденье“. Между прочим, девушки 14-17 лет вдвое чаще становятся жертвами своих знакомых, чем 18-23-летние. Девочки!.. Ну вы всё поняли…

Изнасилование „Семеро и одна“

Место действия: парк, пикник, подвал, чердак, общага, квартира… да где угодно. Действующие лица: зеленый змий, одна женщина и несколько мужчин. Первый вопрос, который задаст потерпевшей умный следователь: „Ты что, дура, не знала, чем всё закончится, когда двое (трое, четверо и т.д.) мужиков выпьют? Зачем ты у них осталась, ещё и в короткой юбке?“ Короче, здесь всё просто: мужская комната общежития, четверо пьяных пролетариев, дым коромыслом, и тут заходит „за спичками“ Маня из третьего цеха, которая, как парням говорили, не испорчена викторианским воспитанием. Её усаживают за стол, поят, валят в койку и … по очереди. Она кричит: „Да я вас посажу, козлы!“ Гостью „успокаивают“ подушкой. Или на время „отключают“ ударом по голове.

Если дело происходит в подвале, то здесь действующими лицами оказываются, как правило, опустившиеся подростки из неблагополучных семей или бомжи, для которых этот подвал давно стал родным домом. „Девочки“, чтобы не отстать, пьют с „мальчиками“ наравне. Если „девочка“ одна, а „мальчиков“ несколько, финал попойки однозначен: собутыльницу пускают по кругу. Впрочем, „девочек“ может быть и две, и три. Главное — чтоб „мальчиков“ было больше. Тогда в них просыпается поистине звериный азарт. „Подвальные“ изнасилования отличаются особой жестокостью и цинизмом и нередко заканчиваются убийством жертвы, особенно если она отчаянно сопротивляется: представления о морали у вышеупомянутого контингента давно атрофировались, а отношение к женщине — на уровне отношения к унитазу. Паталогоанатомы извлекают из интимных мест покойницы инородные тела и констатируют разрывы внутренних органов.

Мораль. Она изложена в вопросе умного следователя (см. выше).

Изнасилование „Эх, прокачу!“

Суть его в том, что определённые дамы очень любят „кататься“ в иномарках по ночному городу с лицами определённых (и других) национальностей. Пройдитесь поздним летним вечером по центральному проспекту большого города, и вы увидите стайки этих дам, ме-едленно прогуливающихся по тротуарам. Вслед за ними так же ме-едленно следует подержанная „Тойота“. Дамы эти — большие дуры. По двум причинам. Во-первых, потому, что „Тойоту“ (пусть даже ржавую!) предпочитают новой „девятке“. Во-вторых, потому, что наивно полагают, будто прогулка закончится бокалом шампанского, шоколадкой и хлопаньем дверцы у родного подъезда через два часа. Возраст „пассажирок“ — от 14 до… пока они представляют интерес в глазах „извозчиков“. Так вот. Иномарка вслед за парочкой дам едет ме-едленно. Из правого окошка торчит кудрявая голова, и голос с характерным акцентом (или без оного), ла-асково так уговаривает: „Дэвочки, паехали выпьем шампанского, да? Шоколад будем кушать, да? Музика слушать…“ „Девочки“ для приличия ломаются и хихикают, но шаг не ускоряют. В конце концов и вовсе останавливаются. Нехотя садятся на заднее сиденье, и машина рвёт с места. Навстречу приключениям. Девочек привозят на берег какой-нибудь великой русской реки, поят, трахают и бросают в лесу, пригрозив напоследок: „Рот откроете — зарэжем, да?“ К сожалению, так легко отделаться удаётся не всем. Года полтора назад двух подружек горячие южные парни привезли на остров Отдыха в Красноярске, одну из них утопили в Енисее, а другая еле спаслась. В машину их, помнится, никто силком не тащил.

Мораль: поздними летними вечерами нужно кататься на роликах в родном дворе, а не шастать по городу в поисках приключений на свою…

Изнасилование как десерт

Десерт подают когда? Правильно — в конце ужина (в нашем случае — это именно ужин, именно в ресторане). Бабам — мороженое, дитям… Нет, детей не будет. В общем, бабам — мороженое, мужикам — баб. Не ромовых — настоящих. Особенно, если мужики за этих баб платили.

Короче, ситуация следующая. Две зрелые дамы, постоянные клиентки рубрики „Она привычно ищет его“ (впрочем, это могут быть и студентки-старшекурсницы), якобы случайно забредают в ресторан — может, хоть там повезёт найти приличных мужиков „для серьёзных отношений“? Ага, „приличные“ мужики тут их и ждали. „Приличные“ в это время уже прощаются с любовницами и торопятся домой к жёнам. А в кабаке гуляет компания уголовников. С размахом гуляет, с икрой и дорогим коньяком. Казалось бы — остальная публика им побоку. Но намётанный глаз вмиг замечает в ресторанной толпе двух одиноких „курочек“, скучающих за столиком в обществе салатиков из капусты, антрекотов и бутылки сухого. Нет, это не „съёмные“, которые твёрдо знают, зачем пришли, а именно „курочки“. Кавалеры приглашают дам потанцевать, потом заказывают „для наших дорогих гостей Лены и Наташи“ песню „Настоящий полковник“, потом — за свой столик, где вкусно кормят и поят, обращаясь к официанту по-свойски: „братка“, а в беседе за столом небрежно употребляют слова: штука баксов, алюминий, „чероки“, стрелка, загрузить… Дамы в восторге: „Ах, какие мужчины!“ Они, конечно, видят, что мужчины — уголовники. Но зато какие благородные! Выходит, Исаак Эммануилович Бабель не врал! И поэтому, когда кабак закрывается, без всякой задней мысли едут к новым знакомым в гости — продолжить приятный вечер. Тем более, что дамам уже пообещали по норковой шубе — раз плюнуть! Дверь квартиры захлопывается, как книжка про Беню Крика, и начинаются „Колымские рассказы“ Варлама Тихоновича Шаламова. Женщин грубо бьют по лицу и многократно насилуют в простых и извращённых формах. Потому что за ужин надо расплачиваться натурой. В этих кругах так принято. Под утро вышвыривают на улицу и грозятся убить, если что. Уже без акцента. Следователи распутывать такие дела не любят. Потому что на суде потерпевшие вдруг меняют показания и заявляют, что всё это им померещилось. Это, мол, они изнасиловали бандитов, а не наоборот.

Мораль: если вы пришли в кабак не „сниматься“, а поужинать — не садитесь за один столик с „братвой“. Потом за всё придётся платить.

Изнасилование „Я один, и ты одна“

Эта категория отличается большим многообразием форм и широким возрастным диапазоном участников. Рассмотрим некоторые варианты.

Выпивший мужчина пришел в гости к своей бывшей жене (год как в разводе). Побил её и принудил к половому акту. Она особо не сопротивлялась, а когда он её насиловал, скрипела зубами и мстительно думала: „Ну погоди, завтра я отнесу заявление…“ и относит. Мужика сажают.

Только что освободившийся зек снимает комнату у пожилой женщины. Обычно в деревне, где пьют все поголовно. Старушка, сама далеко не божий одуванчик, позволяет устраивать у себя дома попойки в обмен на стакан „технаря“. Когда выпито столько, что бабушка уже кажется девочкой, 30-летний постоялец насилует 60-летнюю хозяйку. Ему после „зоны“ всё едино. Наутро, протрезвев и мучаясь угрызениями совести, жертва идёт в милицию.

45-летний преподаватель насилует свою 17-летнюю студентку. Она приходит к нему домой, чтобы получить зачёт, а он расценивает это как реверанс. Поит её коньяком до беспамятства, читает Тарковского, а потом, укладывая студентку на диван, не выдерживает прикосновения к молодым упругим формам и, не помня себя, бросается на девочку, аки лев на антилопу. (Возможно, это единственный его решительный поступок за всю жизнь.) Потом ползает на коленях, просит пощадить, говорит, что у него жена и дети. Некоторые студентки не заявляют и шантажируют малодушного преподавателя до самого диплома.

И прочая, прочая…

Мораль: не пускайте в дом бывших мужей, если они приходят в пьяном виде. Бабушки, молчите уж! Студентки, помните — мужчина есть мужчина, даже если он преподаёт литературоведение. А вы к нему — в прозрачной блузочке и без лифчика! Разве можно?

И прочая.

Изнасилование в кавычках

В уголовной практике бывают случаи, когда женщина вечером отдалась по доброй воле, а наутро заявила об изнасиловании, предварительно наставив себе синяков. Мотивы такого поступка могут быть разными, но главные из них — корысть и месть.

В южном городе С., где ночи темней, чем в других городах, некая 16-летняя аппетитная особа очень неплохо зарабатывала таким способом на жизнь. И делилась с подельниками. Она высматривала отдыхающего — какого-нибудь солидного дядечку, крутила с ним шуры-муры, раздавала авансы в виде многообещающих улыбок, шла с ним в ресторан, а потом — в номер. В самый интересный момент дверь вышибал плечом „папа“ потерпевшей. Шум, крики, дежурная по этажу… „Не виноватая я, он сам пришел!“ — вопила барышня и рвала на себе трусы. „Сколько?“ — обречённо спрашивал мужик. Обдирали его как липку. Это я вам не эпизод из фильма пересказываю — это был реальный случай, в „АиФе“ писали.

Один парень встречался одновременно с двумя девушками — Ритой и Жанной. Они обе его любили. Но жениться парень решил на Рите, о чём и заявил громогласно. Жанна затаила обиду, и накануне свадьбы заманила парня в постель. Затем, когда тот ушел, попросила подругу, чтоб та её „обработала“ как следует, и даже след от верёвки на шее изобразила. И — в милицию. Подруга — свидетельница. К счастью, следователь закрыл дело за недостатком улик, и нашего героя не посадили. Ему повезло. А некоторые — сидят. Ни за что.

Мораль (на сей раз — для мужчин): бдительность — наше оружие!

И все-таки, если маньяк?

От встречи с ним не застрахована ни одна женщина. Но и риск быть изнасилованной маньяком можно уменьшить. Причём, не тогда, когда он, как я уже писал, стягивает с вас колготки, а гораздо раньше. Предусмотрительность и ещё раз предусмотрительность. В специальных пособиях содержится множество различных рекомендаций. Но принять из них можно не все, а только те, которые носят „профилактический“ характер.

Если уж вам предстоит возвращаться домой в одиночестве, в последнем трамвае, помните, что короткая юбка, слишком открытая или обтягивающая кофточка, чересчур яркая косметика и вызывающее поведение — вот то, что привлекает к себе внимание преступника. Виктимология — наука о поведении жертвы — отмечает удивительную недальновидность женщин в подобных ситуациях. Большинство тех, кто через короткое время становится жертвой насилия, не даёт себе труда вовремя посмотреть на происходящее хотя бы просто глазами мужчины. А тут не помешали бы и подозрительность, и перестраховка.

Выбирайте безопасный путь; нельзя проходить в одиночестве парк, стадион, стройку, заборы промышленного предприятия, тёмные аллеи и дворы. Всегда носите с собой средство индивидуальной защиты (баллончик, электрошокер, газовый пистолет и т.д.); однако это ещё не повод считать себя в безопасности — опыт показывает, что многие слишком надеются на свою „защиту“. Бегство — не всегда лучший выход из положения, бежать следует лишь при условии, что вы уверены в успехе, иначе погоня за вами насильника может пробудить в нём инстинкт охотника.

Гарантия безопасности — не доверять незнакомым мужчинам, ведущим себя вызывающе. Решение, как отреагировать, зависит от индивидуальной оценки ситуации. Необходимо помнить, что активная защитная реакция не всегда дезориентирует мужчину, а наоборот, часто распаляет его.

Если мужчина вооружён, будьте максимально осторожны, не нервируйте его и не оскорбляйте, чтобы не подвергнуть риску свою жизнь. Принимать решение о каких-то защитных действиях следует только в том случае, если есть уверенность в успехе без помощи со стороны, ведь посторонние люди часто предпочитают не вмешиваться, если не чувствуют себя достаточно сильными. Если место безлюдное и некуда убежать, старайтесь не кричать, такая реакция может ещё больше обозлить преступника.

И выбросьте все книги, в которых предлагается „бить по болевым точкам, используя ключ, зажигалку и пилочку для ногтей“. Или „ударить мужчину носком в голень“. Чушь всё это! Такие удары отрабатываются в спортзале годами, пока не придёт автоматизм. А в драке и тренированные мужики забывают эти „приёмчики“. Лучше бегите, если чувствуете в себе силы убежать…

Сергей Бурлаку